Володя выскочил из маршрутки и покосился на небо. Тяжелые тучи еще более потемнели и вытеснили с небосклона остатки синевы. Кривая молния вспыхнула и спряталась за пятиэтажкой, следом прокатился гром. Крупными каплями застучал по асфальту дождь. Вова раскрыл зонт. Надо было поторапливаться, дома его ждала девятилетняя дочка. Супруга сегодня была во вторую смену, а старший сын предупредил, что задержится на работе.
Повернув на свою улицу, Владимир сразу увидел брата. Тот стоял возле хлебного ларька, пытаясь укрыться от дождя под небольшим козырьком. «Брат» - когда он так называл его в последний раз? Давно это было. Сейчас он зовет его «родственник» или «сосед». Почему так получилось? Ведь они с детства были «не разлей вода», даже из-за игрушек не ссорились. Саша старше его всего на два года, поэтому и интересы у них были одинаковые, никогда ничего друг от друга не скрывали, всем делились.
Первую холодность Володя почувствовал, когда служил в армии. За это время Сашка успел жениться. Поехал в отпуск к морю и оттуда привез невесту. «Я ее, брат, как увидел, выходящую из моря, - писал он Володе, - так и обалдел. Словно, солнце с неба меня кулаком шандарахнуло, аж дыхание перехватило. Фигурка у моей Люсеньки точеная, как у статуэтки, что у нас на комоде стоит, волосы до пояса, глаза бирюзовые. Приедешь, сам увидишь».
Володя с нетерпением ждал знакомства с невесткой. Больше до конца службы он писем от брата не получал, а мать о ней не упоминала. Писала только, что Саша очень занят, пристраивает с отцом кухню с крылечком, делает себе отдельный вход.
- Вовка! Брат! – Сашка схватил его в охапку, как только Владимир открыл калитку родного дома. – Отслужил, значит? Вернулся!
- Ага, - расплылся в улыбке Вова.
- Люсь, иди скорей сюда! – крикнул Саша. – Брат с армии пришел! Орел! Иди, я вас познакомлю!
- Здрасьте! – на пристроенном высоком крылечке появилась молодая женщина с округлившимся животиком. – Людмила, - кивнула она Володе.
- Очень приятно, - ответил он.
- В дом иди! Мне помощь твоя нужна, - Люся обратилась к мужу и, мотнув тоненькой косичкой, скрылась за дверью.
- Я пойду, помогу. Ей нервничать нельзя – на шестом месяце уже, - прошептал брат, обнимая Володю за плечи. – Вечером у родителей поговорим.
- А как к родителям-то попасть? – Володя смотрел на ракушечный забор, перегородивший проход между стеной дома и гаражом.
- Так у них теперь отдельный вход, с улицы, за гаражом.
- Ааа, - протянул Володя, соображая, как попасть во двор с другой стороны.
- Мы с Люсей отделились, - потупил взгляд Саша. – Сам понимаешь, у нас теперь своя семья.
- Понимаю, - кивнул Вова, пятясь к калитке.
Вот только задело его, когда увидел, что старикам они оставили маленькую комнатушку без окна и кухоньку-коридор.
- Нам с отцом многого и не надо, - оправдывала Сашку мать. – А у них дите скоро будет. Вот только тебе, Володенька, придется теперь во времянке жить.
- Ничего, мать, не убивайся, - утешил ее Владимир. – Летом и во времянке можно, а до зимы мы с отцом туда отопление проведем, кухоньку пристроим. Все будет хорошо!
Вот, вроде, и не ругался Владимир с братом, а дружба куда-то ушла. Сашка даже во двор к ним не часто заходил. Лишь крикнет с высокого крыльца через забор: «Всем привет!» - вот и все общение. С Людмилой Володя тоже не ссорился, но ее зеленые глаза всегда смотрели на него как-то недобро. И где в них Сашка бирюзу рассмотрел? А после того, как Люся один за другим родила двух пацанов, и от «точеной фигурки» ничего не осталось.
Отношения с невесткой резко ухудшились после Володиной свадьбы. Через несколько дней после пышного застолья, он услышал, как она выговаривает брату:
- Им, значит, свадьбу родители отбабахали, а нам нет! Ты им что, неродной?
- Ну ты же сама торопилась с росписью, говорила, что подготовка к свадьбе много времени займет, - пытался оправдать родителей Саша. – К тому же они нам большую часть дома отделили.
- Вовка вон тоже кухню к времянке пристроил, и туалет с коридором.
- Да, но комнатка там всего одна, сырая. Ты же и слышать ничего не хотела о том, чтобы во времянке жить.
- Вот еще! У меня, между прочим, двое детей! – взвизгнула Люся.
То ли это было причиной, то ли еще какая, вот только она больше на двор родителей не заходила. И даже детям не особо-то разрешала наведывать деда с бабой, не говоря уже о том, что пойти поиграть с двоюродным братом. С Вовой она здоровалась сквозь зубы, а вот его жену игнорировала напрочь. А потом и вовсе стала отпускать в ее сторону разные колкости и гадости.
- Брат, ты бы поговорил со своей женой, - сказал как-то Володя. – Пусть язычок придерживает!
- Ты на нее не сердись, - замахал руками Сашка. – Люся хорошая! Это все рынок на нее так влияет. Как стала там овощами торговать, так вот срываться и начала. Устает очень. Понимаешь?
Вова с женой старались на нее внимания не обращать, хотя супруга из-за Люськи частенько слезы лила. Иногда у них даже до скандалов доходило. Например, когда им кто-то через ракушечный забор пакет с мусор подбрасывал или жена находила под ковриком у входной двери странный моток ниток с иголками.
Они бы уже сто раз переехали от этих скандалов куда подальше, да только снимать квартиру дорого. А у супруги своего жилья не было - отец отписал все старшей дочери. Так что она вообще, можно сказать, была бомжом. Родственники, живущие за забором, не давали добро на ее прописку. А так как жилье было приватизировано еще до Володиной свадьбы, он ничего не мог тут поделать. Сколько раз родители с Сашкой разговаривали, просили, чтобы они с Люсей разрешили прописать Володину жену. Но Сашка только отводил взгляд в сторону и мямлил: «Да я не против, а вот Люся…»
Из-за постоянных ссор родителей не дружили и их дети.
- Вот ведь как получается, - размышлял Володя, - у меня в детстве был брат. Мы с ним и на рыбалку, и за вишнями в соседский двор. А у нашего сына аж два брата через стенку живут, да как чужие друг другу.
- Может, родного ему родим? – предложила супруга.
Володин отец умер неожиданно, так и не узнав, что скоро у него родится внучка. Вскоре с переломом бедра слегла и мать. Володе было жалко жену, которая разрывалась между грудным ребенком и лежачей матерью. «Соседи» помощи не предлагали. И лишь однажды, когда матери стало совсем плохо, и ночью три раза вызывали скорую, наутро из-за забора показался заспанный Сашка.
- Как там мама? – спросил он. – Люся просила узнать, может, ей покушать чего-нибудь передать?
- Ты бы лучше просто зашел мать проведать, не ровен час…, - осекся Вова.
Через полчаса брат со всем семейством впихнулись в маленькую комнатушку мамы. О чем они говорили, Володя слушать не стал – вышел. После их ухода мать подозвала его к себе и, показывая пальцем на дверь за ковриком, соединяющую ее комнату с жильем брата, прошептала:
- Ты, сынок, ко мне нотариуса пригласи. Да только так, чтобы Люся не знала. Ладно? Хочу свою часть на твою жену отписать, а то так и будет бомжом. Люська, ведь, прописаться ей не даст.
- Ты, мам, не нервничай, - тоже тихо ответил Владимир. – Главное, поправляйся. А о нотариусе потом поговорим.
- Делай, что я говорю, - повысила голос мама, - а то и сам без жилья останешься! Я ее планы знаю! Мне тут через стенку все слышно.
Нотариуса она не дождалась всего один день. А после похорон, которые полностью легли на плечи Владимира, Саша зашел к ним во времянку и, потупив взгляд, сказал:
- Ты не думай, брат, я тебе за похороны и поминки половину отдам. Позже. Сейчас у нас нет. Старший сын жениться решил. Понимаешь?
Володя лишь махнул рукой.
- А у вас тут уютно, - продолжил Саша, заглядывая в комнату.
- Особенно когда перед сном диваны и кресла раскладываем, - усмехнулся Володя, – не комната, а сплошная кровать получается. Но ничего, вот ремонт в доме сделаю, и туда с женой и дочкой перейдем. А сын здесь останется. Хоть вздохнем посвободнее.
- Я как раз об этом поговорить хотел, - промямлил Саша.
- О чем?
- Чтоб вы нам комнату родителей отдали. У меня же старший сын жениться решил, так вот Люся и говорит…
- Передай своей Люси, - подскочил Владимир, - что я тоже имею право на часть дома! Достаточно того, что и так мы всю жизнь в одной комнатушке промаялись.
Саша ушел, и Володя успокоился, но вскоре пришла повестка в суд. И вот уже семь лет идут бесконечные судебные разбирательства. Комнатушку, где жили родители, все-таки присудили Володе, но зато соседи отсудили себе, как подсобное помещение, комнату времянки. Теперь вся Володина семья живет в такой же маленькой комнате только в доме. Ну там хоть плесени нет. А вот в кухню они могут попасть только через улицу. Там же на раскладушке спит старший сын, потому что дочка уже выросла и спать на одном диване с родителями не может. А отнятая у них комната так и стоит пустая, окончательно заплесневелая. А суды все идут. Теперь соседи судятся из-за земли.
Володя зыркнул из-под зонтика на Сашку. Тот жался к хлебному ларьку, но от косого дождя ему было не укрыться.
- Чего мокнешь? – спросил Вова, подходя ближе.
- Да вот за хлебом без зонтика выбежал, - пожал худыми плечами Саша. – Ничего страшного, скоро дождь закончится.
- Да знаю я чего ты тут, - усмехнулся Володя. – С Люськой, опять поцапался?
Саша промолчал, лишь гром раскатом прокатился над их головами.
- Пойдем к нам, - предложил Владимир.
- Не, неудобно.
- Не боись, у меня дома только дочка. Чайку попьем, поговорим. Все лучше, чем под дождем мокнуть.
- Разве что на минутку, - согласился Саша, - посмотреть, какой вы там ремонт сделали.
- Уютно тут у вас. Вроде, даже комната больше стала, - вертел головой Саша.
- А давайте вместе чай пить, - предложила дочь. – Только на кухню придется под дождем во времянку бежать.
- Эй! Хватит по соседям шляться! – послышался из-за стены крик Люськи. – Дома ужин стынет, а его носит не понятно где.
- Я только на минуточку зашел! – Саша умоляюще смотрел на ковер на стене.
- Давай домой, быстро! – скомандовал голос.
- Уже иду, - ответил Сашка и попятился к выходу.
- Никак не могу понять, брат, почему ты позволяешь жене с собой так обращаться? – спросил Володя, когда Саша обувал промокшие туфли.
- Что тут непонятно, - усмехнулся тот. – Люблю я ее. Как вот тогда на пляже первый раз увидел, так как будто солнце по голове шандарахнуло. Аж в глазах потемнело. С тех пор вот …
Вова не расслышал конца фразы, потому что брат скрылся за ливневым потоком.
- Тьфу ты! - выругался Владимир, закрывая дверь. - Лучше б ты тогда вообще на это море не ездил.
Тихонова Марина,
Симферополь
Дай, Бог, мне тему для стиха,
Чтобы уверенной рукою
Ложилась за строкой строка,
Что мне подарена Тобою.
Слова, Господь, мне подбери,
Чтобы за сердце задевали,
Людей к Иисусу бы вели,
Глаза на Бога открывали.
Люблю Господа и стараюсь жить так, как Он учит.
Мой девиз: В главноем - единство, во второстепенном - свобода, во всем - любовь!
Член Союза христианских писателей Украины
Любое копирование и распространение работ ТОЛЬКО с
письменного согласования с автором.
Сборник рассказов "Выход есть!" и "Алешкины истории" можно заказать по удобным вам адресам: http://www.bible.org.ru/page.php?id=9
Также вышел сборник рассказов "Открытыми глазами"
В 2014 г. вышли "Сказки старого пруда"
СЛАВА БОГУ!!!
Прочитано 11696 раз. Голосов 4. Средняя оценка: 4,75
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Забытые Двери - Fylhbfyjd Gfdtk Не совсем в формат сайта.История создания такова 6долго и упорно пытался пробить рубрику "Мегаполис в печатном издании,на Родине не приняли,просил случайных знакомых передать в издания их города,но ответа не поступало,пробивался через коммерческие издания ,отчего приходилось работать сутки через день,недавно послал в листудию "Белкин " с нижеследующей исповедью:
Исповедь Фореста Гампа
Повторю телефон Димы. Не знаю настолько уж он знаменит вм вашем
> ВУЗе ,сколь себя обрисовывает...89272864201.Познакомились мы так:
> работал на заводе ,сходил с ума от первой поздней любви (в
> 22!!!года),писал на станке безграмотные стихи и брал дни в счёт отпуска для поездок на историческую Родину. Услышал ,что некто Дима Першин устраивает вечер памяти
> поэта-земляка Седова. У Александра Палыча Седова трагическая
> судьба-выкормыш А Н Калашникова ,будучи актёром ,он много колесил по
> стране ,потом оказался на Родине ,спился ,опустился до ДД на базарном
> радио ,к 40 ни семьи ,ни кола ,ни двора ,накушался таблеток ,опочил ,
> горя не выдержала старуха -мать ,выносили 2 гроба .Известности поэта
> он не сыскал и после смерти ,вспоминают лишь кучка людей. Я долго
> искал сборник этого автора ,удалось купить брачок в
> типографии. Читая ,плакал :я нал уже какие эмоции порождают подобные
> строки. Потом узнаю ,Дима устраивает литобъеденение . Сходил, не
> привычный к подобному ,чувствовал себя не в своей тарелке: какие -то
> старики обсуждают стихи о УХЕ ИЗ КОТА .Дима предложил поступать в
> Литературный ,разбередив старые раны – ведь мечтал об этом с д\с . А тут у меня начались домашние
> проблемы ,больницы. За это время сей литсоюз распался. Одного старика
> муж сей пихал в местный журнал ,со мной занимался по субботам ,пихая в
> Литературный. Группу инв-ти я не получил -не было взяток ,устроиться
> со справкой на лёгкий труд -нереально ,первая любовь не и без моей помощи поступила в медучилище и вышла замуж ,а я оказался в Церкви, где один священник посулил помощь в получении образования. В это время
> он поминал Бикмуллина (мужик пахал на мебельном комбинате ,после
> смерти выяснилось, что -академик. Вроде ,его труд защитили как
> диссертацию ,а потом издали книгой под чужим именем, вроде выпивал от
> этого, а потом сердце не выдержало.)На этом вечере познакомился с
> Лёшей Куприяновым -я давно предлагал Диме пообщаться с ним, но тот
> орал, что рабочие- быдло, мордовский эпос в зачаточном
> состоянии, православные –лукавые ,а в самиздате 90х все
> графоманы ,а я –эгоист ,фаталист и интроверт. Мнение ,что написание некрологов коммерчески выгодно меня
> коробило Раз так достал, что я читаю ненужную литературу, что я
> приволок ему кипу своих книг- Золю, Бальзака и Стельмаха "Думу о
> тебе",после чего он стал их читать. А меня познакомил С
> произведениями Саши Соколова И вот Дима, обозначающий меня
> эгоистом, интровертом ,шизофреником, достоевским и прочая заявляется ,в
> Храм, выдёргивает меня во время службы из Алтаря ,обозначает
> мракобесом, упрямым мордвином ,пугает депрессией, что Церковь меня испортит, там всех пугают адом придирается к
> обуви. потом заявляется через 3дня с думой, что мне надо в
> семинарию. Потом в день когда мне надо было уже быть в Литературном
> через общую знакомую интересовался моей судьбой .НО то что он
> отправил оказалось не добирающем положенного объёма, а он любил в моих
> строках выдёргивать любые зачатки духовного. Я заработал, послал то что сам
> хочу и как хочу -и прошёл...Тут умер священник ,отчего я не поехал в Москву после вызова из Литературного. У гроба его мы встретились с Димой , тогда ещё с косичкой. Я не поехал и после второго вызова –всё надеялся, не смотря на отсутствие возможностей ,сперва чего –то достичь. Потом мы не виделись. я полностью был в
> ауре православия -и то было самым лучшим временем моей жизни. Видел
> его редко и случайно, знал что в музыкалке ставит голос, раскручивает
> свою группу .У мызшколы советовал о снятии полдома у старухе в Пензе и устроиться педагогом ,а ещё искренне радовался,что я не испорчен Церковью .А я уже побывал в Монастыре,где не получил благословения на творчество,пытался уйти из Церкви и написал психологическую работу (www.serbin1.narod.ru ),кою, не смотря на заверения препода никуда до сих пор не пристроил, ибо это считается неугодным Богу. Раз пересёкся с ним на квартире его мамы, где он жил
> после нового развода ,он вспоминал мою обувь, из-за которой на меня не
> посмотрят девушки. Знал бы как смотрели когда в дедовых обносках
> ходил до 20 лет...Дима продолжал ставить театральные зрелища ,на которые я не ходил, т. к. чувствую себя в подобной атмосфере не в своей тарелке. А потом окончательно ушёл из Церкви ,т .к. там пытались склонить на свою сторону ,а я не хотел отрекаться от творчества. Дальше я болтался по городу. Тут предложили это место
> корреспондента , хотелось заявит о нём ,встретились Он позвонил в
> редакцию и наорал в трубку .Рассказывал о первых шагах в инете, звал
> с собой. Написанную статью он привычно потерял, написал новую .Многим
> людям рекомендовал его, да весь литгород тащил за свой счёт в сеть .Но
> у Димы ежедневно меняется мнение .Он ничего не помнит -2жена как -то
> его стабилизировала ,а сейчас некому. Ходил я каждый день в этот
> салон и рассказывал адресатам, какие проблемы не позволяют переслать
> Диме свои вирши .А б\п он и не будет. Он восстанавливал литклуб
> ,скачивал материалы ,находил идеи -он терял и забывал Пошёл потом на
> мойку .Надеясь, что пробью рубрики о таких Димах в молодёжках и буду получать гонорары
,да их порадую ,Дим этих.. После Церкви я ,вообще, долго болтался по низко оплачиваемым работёнкам ,на которые не каждый и пойдёт. Иногда я не мог даже содержать майл , не раз закрывал ящик и пользовался обычной почтой. Зряплата когда не дотягивала и до 1- 2 тысяч рублей, сшибал в Церкви, но тупо тратился на сеть ,пытаясь выйти на диаспору афророссиян и самиздатчиков 90х,что разбегались от меня как от бабайки дети. Нередко меня убеждали, что мои попытки чего –то достичь нереальны ,а я продолжал идти вперёд. Так однажды я узнал о Иноке Всеволоде и долго надеялся, что он поможет пробиться в творчестве ,что ,конечно же ,не кормит ,а разоряет, особенно когда комп недоступнее летающей тарелки. Зашивался ,звонил ему чуть не каждый день, просил передать фото
> для оформления наборщикам, не пришёл ,в салоне подготовил папку, где
> разжевал куда и что ,не пришёл .»З.Двери» вышли на Кружевах
> -предъявил ,что ничего не показывал Потом издал уже без оформления в
> Крае Городов, отнёс его маме экз ,он его потерял. После мойки оказался в Пту,выходило меньше поди даже500 в месяц .В это время переписывался с одной девчонкой ,долго и подробно. И даже пригласил в Дивеево. Но она видела это смешным и глупым, обозначала меня наивным, эгоистом, говорила ,что использую людей и что она – не цветочек аленький и согласна пойти официанткой в ночной клуб, чтоб быть честнее. Но она ,не подозревая, вернула меня в Храм, откуда я ушёл и как прихожанин. Потом, ковыряясь в церковной грядке ,я встречу девушку, что из- за проблем с трудоустройством долго отирается при Храме за паёк. Мне она западёт душевными качествами .Однажды мы долго будем стоять в подъезде, она будет рассказывать скольких ухожёров отшила ,т. к. мечтает стать монахиней, и лишь тогда я пойму насколько смешно и глупо выглядел в переписке ,которую прекратил, кстати, пытаясь в очередной раз вернуться в духовное русло. Потом стал видеть его, Диму,
> в Храме ,где он говорил ,что...в следующей жизни будет монахом. Появление его, почти лысого, спустя года три, для меня было неожиданностью. Я попросил его сканировать фото свои для Белкина, он как всегда пообещал ,потом забыл и не захотел оформлять мой текст. Так что – на прямую к нему .Просил
> оформление послать Вам, проигнорировал ,в воскресение поцапались ,а в
> понедельник подобрал меня к себе поговорить. Учил жизни ,не давал договорить ,привычно не мог выслушать ,а я был, не смотря на хроническую трезвенность ,впервые и, надеюсь , в последний раз выпимши и мне было херово –одна девчонка брала для своего сайта мои рукописи ,а теперь из не найду
> и сватал какую-то пухленькую массажистку, а у меня ,стоит увидеть на ульце ту первую любовь по –прежнему предательски ёкает сердечко ,да и согласен остаться один или привезти с отцовой деревни девчонку из неблагополучной семьи, лишь бы за писанину не стучала сковородкой по башке. Журил что я никогда не буду классиком и сам не знаю чего хочу ,что не пишу в местную
> прессу ,где за месяц дают 700 рублей. Но это не мой уровень ,и я вырос из этих штанов
